Стадия зеркала, как образующая функцию Я. The mirror stage, as forming the function of the Ego.

Лакан рассматривает стадию зеркала, как Переход от аутоэротической фазы к фазе первичного нарцизма. С самого рождения тело человека познается им фрагментарно - стадия аутоэротизма, и части собираются в цельное Я благодаря фазе нарциссизма или зеркала, то есть в этой фазе развития человек обнаруживает себя в другом человеке. Эта фаза развития соответствует где то 6 месяцев до 18 месяцев жизни ребенка.

Lacan considers the mirror stage as a transition from the autoerotic phase to the phase of primary narcissism. From the very birth, the human body is known to them in fragments - the stage of autoeroticism, and the parts are assembled into a whole Self thanks to the phase of narcissism or mirror, that is, in this phase of development, a person discovers himself in another person. This phase of development corresponds to about 6 months to 18 months of a child's life.

Люблю я то, что вижу и то, что вижу, то я и люблю.

I love what I see and what I see, that's what I love.

 

Рождаясь, ребенок не имеет представления о себе. Он рожден беспомощным и не выживет без другого. Мать подносит ребенка на руках к зеркалу. Ребенок видит себя в зеркале, но без другого он не знает, что это он.  Возникает тревога, что что-то уставилось на него с зеркальной поверхности и только Говорящая мать может ему отразить, что он видит свое отражение и отражение матери.  Без речи другого не может быть становления психики. Через речь другого появляется субъект. Речь, как признание другого. Должен быть тот другой, кто признает, что это он, через взгляд, глаз и голос. Что же значит через глаз и взгляд?

Это наглядно можно увидеть в  документальном фильме «Свято»[1]

"Сказывают, что когда-то, давным-давно, люди жили совсем не так, как теперь. Лучше или хуже уже и не узнать. Да вот только все изменилось в тот день, когда человек впервые увидел свое отражение..."

Свято – так двухлетнего Святослава называют в семье. Виктор Косаковский не хотел пропустить тот момент, когда его сын впервые увидит свое отражение в зеркале. Два года семья оберегала ребенка от преждевременной встречи, и вот случилось. Он вносит зеркал поверхность и  ставит 2 камеры перед зеркалом и за зеркалом. Малыш впервые встречается со своим зеркальным отражением.

Ветер покачивает занавеску, Свято занят своими играми и не сразу замечает большое зеркало, поставленное на пол. К своему отражению мальчик испытывает самые разные чувства. Прячется и возвращается, пытаясь разобраться, что же все-таки происходит. И гнев, и любовь, и любопытство. Лишенные такого опыта, мы переживаем свои 30 минут самосознания.

И дело не в зеркальной поверхности- это  видно в фильме. Дело в том зеркале, которое связано с другим. Зеркало  можно вообще убрать.  И Дольто говорил, что нужен тот, другой который будет говорить с ребенком и в поле которого будут происходить  процессы стадии зеркала. Что мы и видим в этом фильме. Что происходит отожествление себя с зеркальным отображением.

Виктор Косаковский говорит о первостепенно важных вещах в жизни каждого. О восприятии человека самим себя, о чувствах, которые он при этом испытывает. «Кто я? Что я?» Наблюдая за сыном, Косаковский и зрителя подводит к зеркалу. И понимаешь, человеку для полноценной жизни не достаточно одного внутреннего видения, нужен внешний цензор, оценивающий со стороны.

Финал фильма вызывает много чувств, размышлений и отсылает к началу. Одинокая фигура стоит на мосту, склонившись к воде. Кто-то в зыбком отражении пытается рассмотреть своего знакомого незнакомца. И я предлагаю вам посмотреть, кто не смотрел, этот поразительный короткометражный фильм и  поразмышлять об окончании фильма. Об этой встрече знакомого незнакомца.

Находясь у зеркала, ребенок испытывает акт ликования, акт радости.  Он отожествляет себя с образом. И этот образ либидинально нагружен.  Это показали опыты с орангутангами, которые проводились у зеркала. Он не безразличен своему отражению. Ребенок отворачивается от зеркала к матери и ищет ее признания во взгляде, и это не может быть беззвучным.

 Лакан считал первостепенным значение языка. Он рассуждал примерно так: развитие речи и языка отличает нас от животных. Благодаря этому у нас есть сознание, мы можем думать, помнить, решать проблемы и принимать решения. Разговор также является основным методом психоанализа. Язык – это то, что мы не можем игнорировать. Человек – говорящее существо, а язык – это то, что формирует и формирует его как личность. Лакан не рассматривает бессознательное как котел кипящих неудаленных эмоций, для него бессознательное структурируется как язык, большая структура, матрица слов, связанных друг с другом ассоциативно. По его словам, невротические симптомы, проблемы и поведение – это что-то вроде «заблокированной речи», слова, которые невозможно выразить через язык, и поэтому выражать их метафорически. Поэтому цель лаканианского психоанализа – не что иное, как выразить правду о пациенте, о его прошлом, о травматизме и желаниях через слова, через язык.

И то, каким  образом смотрит мать на ребенка, так и ребенок видит себя. Ребенок смотрит на себя взглядом матери.

Ребенок видит себя и другого, и через образ другого происходит сборка частичных объектов воедино. Тело, как пазл, собирается. Происходит идентификация (отождествление) с телом матери и это является предметом выживания.  Но еще есть путаница себя с другим. Где я? Я в другом? Я другой?

И мы можем наблюдать это  в песочнице. Когда один малыш плачет, и другие малыши  начинают плакать. Или когда у одного малыша  что-то есть и другому это обязательно надо, этот предмет становится вожделенным. Образ невыносим, когда что-то есть у другого - это такой зеркальный шлейф. Как только нечто оказывается в стороне, так сразу это никому не нужно.  Это момент похищения собственного идеального Я родом из воображаемой нарциссической стадии, присущей человеческому  бытию. Выстроить себя по средствам другого, через  другого, на поверхности другого.

Через образ другого образуется функция Я. Появляется возможность взаимодействия Я с идеальным Я. Функции Я нет до стадии зеркала. Функция идеального Я помещена в другого. Зависть и ревность идут корнями из фундаментальной стадии зеркала. Субъект рождается  только в поле другого.

Почему стадия- потому что ограничена по времени 6-18 мес. Если до 18 мес это не произошло, то этот процесс не обратим .

Почему Функция Я – это представление о себе, о другом, об объектах этого мира. В психоаналитическом опыте  субъект рассматривается, как субъект отношений.

Что же происходит в психозах?

Психозы можно и важно рассматривать в стадии зеркала. При психозах происходит расстройство прежнего порядка, т е разборка на части.  Неузнавание себя в зеркале. Больной не распознает себя. В зеркале появляется чужак и это носит отблеск паранойи. В логике параноидального разворачивания  функция идеального Я концентрируется в другом. Идеальное Я похищено другим.

Это ярко описано в диссертации Ж.Лакана «Случай Эме»*[2]

Диссертация посвящена случаю некой Маргариты Пантэн, которую Лакан называет Эме, покушавшейся на убийство известной актрисы. Ее поместили в госпиталь св. Анны с диагнозом «мания преследования на основе интерпретации с тенденцией к мегаломании и субстратом эротомании». Лакан изучал этот случай в течение нескольких месяцев и даже перечитал любимые книги пациентки, чтобы выяснить, с какими романтическими фигурами та себя идентифицировала. Его друг Тард проделал экспертизу и  не обнаружил у нее признаков психоза.

Маргарита Пантэн была не первой дочерью в своей крестьянской семье, носившей это имя. Первая Маргарита в пятилетнем возрасте заживо сгорела на глазах у родни, и вторая Маргарита, родившаяся через два года после трагедии, должна была заменить первую, почему и получила это имя. Мать Маргариты страдала манией преследования в легкой форме, и всю заботу о доме взяла на себя ее старшая сестра, Элиза.

В 18 лет Маргариту соблазнил местный повеса; он отказался жениться на ней, однако еще три года Маргарита вела с ним тайную переписку, а ее любовь постепенно превращалась в ненависть.

Маргарите казалось, что все вокруг клевещут на нее, прохожие на улице шепотом обсуждают ее, а в газетах она обнаруживает оскорбительные выпады в свой адрес.

В своих неудачах она обвинила актрису Южет Дюфло. Ее раздражали хвалебные отзывы об актрисе в газетах. Чтобы убедиться в ее бездарности, Маргарита ходила смотреть спектакли и фильмы с ее участием.

Вскоре она купила охотничий нож, а 18 апреля 1931 г. подкараулила у артистического выхода Южет Дюфло и попыталась убить ее. Актриса, не растерявшись, перехватила лезвие, сильно порезав руку, и позвала на помощь. Маргариту отправили в госпиталь св. Анны, где ею занялся Лакан.

Лакан впервые увидел Эме 18 июня 1931 г. и в течение следующего года наблюдал ее каждый день, не делая никаких перерывов.

 Лакан попытался выявить значение бессознательных влечений в формировании паранойи. Восстановив семейную жизнь пациентки, он установил, что та испытывает влечение к знаменитым женщинам, которые представляют ее идеал Я . При этом она влюблена в принца Уэльского, которому посылает свои сочинения. Ее бред  представлял собой интерпретативную деятельность бессознательного. Возможно, она и безумна, однако ее бред вполне логичен. Лакан различает паранойю притязания и паранойю самобичевания, которые являются остановкой эволюции личности на стадии идеала Я. Иными словами, больная превратила свой бред притязания в бред самобичевания из-за интерпретации собственных действий. И покушаясь на актрису, она покушалась на самоубийство. (И что мы тут видим? Она путает себя с актрисой. В этой путанице нужно уничтожить другого, чтобы присвоить себе все блага. Актриса похитила ее идеальное  Я . Она самим своим существованием похищает ее идеальное Я и вызывает агрессивность, которая переходит в акт агрессии)

Паранояльные преступления отличают жестокостью и тем, что в них полностью отсутствует вина. При таком преступлении у преступника есть желание не просто убийства, а именно расчленить на фрагменты, тело нужно разобрать на части, довести до дозеркального состояния. Как мы можем и увидеть это в случае  с сестрами Папен.[3]

Сестра Папен.

«Сёстры росли в неблагополучной семье. Во времена детства сестёр их отец пил, растлил их старшую сестру Эмилию, когда той было 11 лет. Став взрослой, Эмилия постриглась в монахини.

Мать и отец сестёр во времена их детства развелись, и отец уехал неизвестно куда. Мать была гулящей, работала, где придётся. Кристина и  Лея воспитывались в приюте.

Став взрослыми, сёстры стали работать домашней прислугой в частных домах. Кристина — кухарка, Лея — горничная.

К моменту преступления сестры проработали у своих господ 7 лет.

В день своего преступления у сёстер Папен  была ссора с хозяйкой. И они убили ее и ее дочь. Вырвав им глаза еще живым. Будучи в камере, одна из сестер тоже пыталась выцарапать себе глаза.  Сёстры так и не смогли объяснить, зачем они убили хозяек. Вину сестры не признали. И размышляя об этой истории, можно предположить, что глаза которые они вырвали -это глаза их матери, смотрящие на них в фазе зеркала, от которых хочется избавиться. И тут мы видим особую жестокость и желание разобрать тело жертвы на части. И полное отсутствие вины.

Важно  понять происходящее на стадии зеркала как идентификацию во всей полноте того смысла, который несет этот термин в психоанализе, т. е. как трансформацию, происхо­дящую с субъектом при ассимиляции им своего образа [image], словно нарочно предназначенного этому стадиальному аффекту послужить – о чем и свидетельствует употребление в психо­аналитической теории древнего термина imago.[4]

Таким образом, функция стадии зеркала представляется нам частным случаем функции imago, которая заключается, в установлении связей между организмом и его реальностью.

Значение теории Лакана заключается в том, что он радикально пересмотрел классическое понятие «субъект». Если в картезианской традиции «субъект» рассматривался как некая субстанциональная целостность, как суверенный носитель сознания и самосознания. То по Лакану, субъект – это точка пересечения различных символических структур и точка приложения сил бессознательного. Не культура является атрибутом индивида, а индивид оказывается атрибутом культуры, говорящей при помощи субъекта. Сам по себе субъект есть «ничто», некая «пустота», заполняемая содержанием символических матриц. Отсюда постоянное взаимодействие между носителем культурных норм и «Я», как носителем желания

Литература

1. Рудинеско Э. Жак Лакан / Перевод Т. А. Михайловой // Логос. 1999. № 5.
2. Лакан Ж.  “Стадия зеркала и ее роль в формировании функции Я” статья, 1949
3. 2005 - Свято - поиск Яндекса по видео (yandex.ru) 
4. Сёстры Папен — Википедия (wikipedia.org)
5. Дольто Ф., Назьо Ж.-Д. Д 65 Ребенок зеркала. Пер. с французского. — М.:ПЕР СЭ, 2004.-96 с.
6. Мазин В. А. Введение в Лакана. М., 2004.
7. Печенина О. В. Функции реального, воображаемого и символического в коммуникативной модели структурного психоанализа Ж. Лакана // Вестник Санкт-Петербургского ун-та. Серия 6. 2007. Вып. 4. С. 208-214. 4. Дьяков Л. В. Жак Лакан. Фигура философа.
8. Дэвид Мэйси О субъекте у Лакана // Интернет-ресурс. Код доступа: http://www.ruthenia.ru/logos/number/1999_05/1999_5_16.htm
9. Лакан Ж. 1932 г. диссертация https://ru1.larafornm.com/case-of-aimee-self-punishing-paranoia-6312 
10. Мажор Р. Лакан как психиатр / Перевод Кротовской Н. Г. и Кулагиной-Ярцевой В.С. http://e-notabene.ru/psp/article_142.html

 

[1] «Свято», Виктор Косаковский 2005 г. Премия "Лавр": лучший авторский неигровой арт-фильм на кинопленке или видео (приз Фонда Эдуарда Сагалаева), Виктор Косаковский - Лучший по профессии (сценарист); 

Награды фестиваля "Киноблик" в 2006 году за режиссерское мастерство удостоен Виктор Косаковский за документальный фильм "Свято".
 Амстердамский международный фестиваль документального кино (International Documentary Festival Amsterdam (IDFA).
 Фильм "Свято" номинировался на "Серебряного волка" в 2006 году. 

[2] 1932 год Лакан диссертация

[3] *Википедия

[4] Статья. Ж. Лакан “Стадия зеркала и ее роль в формировании функции Я” 17 июля 1949